«Переговорная инерция»: относительно экзистенциальных рисков в процессе нормализации отношений между Приднестровьем и Республикой Молдова

Автор

Ваша оценка

Всего голосов: 137
25.03.16

Весна 2016 года характеризуется заметным оживлением в дипломатической работе в рамках и вокруг продолжающегося переговорного процесса между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова.

На сегодняшний день это оживление приобретает в большей степени протокольно-визуализированную форму, однако демонстрируемый, прежде всего, посредниками, интерес даёт сторонам уникальный шанс капитализировать внимание внешних участников «Постоянного совещания…» в практические результаты деятельности на переговорном треке. Задача и одновременно основополагающий вопрос состоит в том, способны и заинтересованы ли сами стороны, точнее, молдавская сторона, в поиске разумных компромиссов, в работе по конвертации международного участия в улучшение ситуации в социально-экономической плоскости и, тем самым, поддержании стабильности существующих переговорных механизмов.

Сегодня не существует формальных оснований для утверждений об отсутствии контактов между различными участниками переговоров по молдавско-приднестровскому урегулированию (переговорная стагнация имеет место в части содержания). Номинально число встреч в сравнении с предыдущими периодами существенно возросло.

В феврале 2016 года состоялось два заседания экспертных (рабочих) групп – по вопросам железнодорожного транспорта и сообщений и по вопросам телекоммуникаций и почтовой связи. В марте представители по политическим вопросам от Приднестровья и Республики Молдова по инициативе Приднестровской стороны провели два заседания – в Кишинёве и Бендерах. Также прошло заседание экспертных (рабочих) групп по вопросам здравоохранения. Стороны ведут переписку относительно организации ещё целого ряда встреч профильных специалистов в ближайшей перспективе.

Отличается высокой интенсивностью коммуникация сторон с посредниками и наблюдателями в формате «5+2». Только в 2016 году представитель по политическим вопросам от Приднестровья Виталий Игнатьев встречался с Послом по особым поручениям МИД России 4 раза. Также в Приднестровье побывали Специальный Представитель Действующего Председателя ОБСЕ Посол Корд Хинрих Майер-Клодт, недавно назначенный Посол по особым поручениям МИД Украины Валерий Жовтенко. Европейская служба внешнеполитической деятельности на прошлой неделе назначила своего представителя в «Постоянном совещании…» – австрийского и европейского дипломата Томаса Майер-Хартинга.

На предстоящей неделе в Молдову и Приднестровье планируются визиты двух делегаций МИД России – под руководством Статс-секретаря – заместителя министра иностранных дел РФ Г.Б. Карасина, а также в составе Посла по особым поручениям С.Н. Губарева и советника Министра по миротворческим операциям М.М. Кулахметова. В начале апреля состоится давно анонсированный визит делегации посредников и наблюдателей (т.н. визит «3+2»).

Представитель по политическим вопросам от Республики Молдова, насколько можно судить из сообщений средств массовой информации, тоже проводит значительное число международных встреч – с представителем США в формате «5+2», руководством EUBAM, аккредитованными в Кишинёве Послами европейских государств.

Таким образом, с визуальной точки зрения, создаётся номинально благоприятная картинка оживления процесса на период временного затишья между этапами перманентной борьбы за власть в Республике Молдова.

Вместе с тем более вдумчивый анализ ситуации высвечивает объективное несовпадение между продуцируемым образом диалога и его реальным сегодняшним состоянием, включая подлинное отношение отдельных участников процесса к существующему переговорному инструментарию.

По факту, проводимые встречи, динамика которых в любом случае не отвечает стратегической задаче стабилизации ситуации в переговорном процессе и нахождению ряда актуальных компромиссных развязок по проблемам, оказывающим негативное воздействие на качество жизни граждан ПМР и РМ, являются лишь некой «вершиной айсберга». Сам этот «айсберг» состоит из целого массива предлагавшихся, прежде всего, Приднестровьем, совместных шагов, мероприятий и встреч, которые так и не были осуществлены. И даже его «вершина» – это в большей степени результат стремления Приднестровской стороны к предметной работе, а также желания внешних участников поддерживать элементарную коммуникацию в переговорном процессе.

Так, с момента официального назначения Георгия Бэлана представителем по политическим вопросам от Республики Молдова до первой встречи в рамках т.н. «формата «1+1» прошло больше месяца (при том, что на тот момент пауза в контактах переговорщиков сторон, несмотря на неоднократные приглашения Приднестровья, уже превысила 3 месяца). Организация второго заседания также сопровождалась странными демаршами и попытками молдавской стороны «увильнуть» от общения.[1]

Ещё более тревожной является ситуация в деятельности экспертных (рабочих) групп. Если бы молдавская сторона принимала все инициативы Приднестровья о проведении заседаний, то их количество в феврале составило бы не 2, а 4. В марте вместо одного заседания экспертных (рабочих) групп по вопросам здравоохранения удалось бы провести около 10 встреч, в том числе по неотложным вопросам в области железнодорожного и автотранспорта, политически мотивированных уголовных дел и т.д.

К примеру, в экспертных (рабочих) группах по вопросам развития транспорта и дорожного хозяйства, несмотря на наличие, казалось бы, всех необходимых предпосылок для движения вперёд, наблюдается тревожная стагнация. Предметный проект Протокольного решения об урегулировании целого массива проблем в данной сфере был подготовлен Приднестровской стороной и направлен в РМ ещё в 20-х числах января текущего года с предложением провести заседание профильных групп в начале февраля. После этого Приднестровье ещё дважды предлагало даты заседаний в феврале и марте с.г., однако эксперты от молдавской стороны до сих пор «изучают» предложенный проект. «Изучение» необоснованно затянулось, несмотря на то, что договорённость о разработке проекта документа была достигнута ещё в октябре и декабре 2015 года на Конференции по МУД в Баварии и на заседании групп в офисе Миссии ОБСЕ в Кишинёве. Сам же проект, в сущности, основывается на проработанных ранее решениях и предложениях международных партнёров и, как можно судить, активно продвигается внешними участниками формата «5+2». Однако даже обстоятельства, благоприятствующие диалогу, не являются, по-видимому, убедительным основанием для ведения предметной работы молдавской стороной.

Вместе с тем переговорный вакуум, возникающий ввиду неготовности Республики Молдова к реальным решениям, которые могли бы способствовать продвижению процесса вперёд, активно заполняется разнообразными предложениями сугубо симуляционного качества.  На сегодняшний день с учётом дисциплинарного фактора и ограниченности переговорных ресурсов уже Приднестровская сторона вынуждена переносить отдельные предлагаемые Республикой Молдова встречи по причине их беспредметного характера (так, в одном из писем РМ относительно повестки заседания экспертных (рабочих) групп в качестве одного из вопросов всерьёз предлагалось обсуждение повестки следующего заседания).

Пренебрежение молдавской стороной уникальным доступным переговорным инструментарием проявляется не только в отказе от организации встреч или рассмотрения по существу инициатив Приднестровья, но даже в процедурных мелочах. Среди них – назначение руководителями рабочих групп от РМ лиц, не уполномоченных принимать сколь-нибудь важные решения в представляемых ими структурах, или лиц, не говорящих на русском языке, отказ от привлечения к заседаниям специалистов, объективно необходимых для профессионального анализа обсуждаемых проблем.

Однако целенаправленное отсечение и глумление над существующими переговорными механизмами является лишь одним из компонентов тактики Республики Молдова во взаимоотношениях с Приднестровьем.

Параллельно с этим различными молдавскими структурами, в том числе силовыми, экономическими, таможенными, пограничными ведомствами, предпринимаются точечные шаги, нацеленные на ограничение потенциала Приднестровья, ущемление прав и свобод граждан ПМР. В частности, в последние полгода дискриминационные шаги Молдовы выразились в:

- навязывании уплаты импортных пошлин в бюджет РМ для предприятий Приднестровья, экспортирующих в страны ЕС продукцию, произведённую из сырья, ввезённого из третьих стран;

- в совместном с Украиной уничтожении выгодной для хозяйствующих субъектов ПМР, с коммерческой и логистической точек зрения, схемы импорта железнодорожных грузов в Приднестровье;

- в попытке внедрения запрета на пересечение молдавско-украинской государственной границы для автотранспорта, зарегистрированного в Приднестровье;

- в систематическом административно-психологическом давлении на жителей и должностных лиц Приднестровья в аэропорту города Кишинёва;

- в расширении числа возбуждённых по политическим мотивам уголовных дел в отношении должностных лиц ПМР;

- создании через обострение ситуации в Зоне Безопасности препятствий функционированию другого уникального переговорного формата – Объединённой Контрольной Комиссии – с попытками наделить данный механизм не свойственными ему функциями, а также смешать его с форматом взаимодействия между представителями по политическим вопросам;

- расширение информационно-пропагандистских кампаний против Приднестровья, имеющих абсолютно искусственный характер и лживые коннотации, с привлечением молдавских и румынских организаций, использующих зарубежное финансирование.

Об «успехах» в ограничении посредством репрессивных методов потенциала Приднестровья, не стесняясь, рапортуют отдельные молдавские чиновники. Так, в интервью «Свободной Европе» директор департамента Пограничной полиции Республики Молдова Дорин Пуриче, предрекает Приднестровью «банкротство» и «крах» и воспевает свой личный вклад в ослабление Приднестровья. Что характерно, в качестве «важного вклада» в данный процесс Дорин Пуриче прямо указывает на планы Украины и Республики Молдова, покрываемые их европейскими партнёрами, установить совместный контроль в пункте пропуска «Кучурган».

Приднестровская сторона многократно указывала на особый деструктивный потенциал принятого РМ и Украиной тайного одностороннего решения,[2] соответствующие памятные записки, детально разъясняющие возможные риски в области безопасности, свободы передвижения, торговли,[3] были переданы представителям России и Украины в формате «5+2» в ходе недавних визитов. Вопрос остро ставился в рамках встреч с представителями ОБСЕ разного уровня, делегациями Европейского союза и США.

На сегодняшний момент, к сожалению, очевидны попытки внешних участников формата «5+2» девальвировать или в принципе замолчать («закрыть глаза») формируемые решением об установлении совместного контроля риски не только для торговых обменов, но для переговорного процесса и регионального баланса интересов в целом.

Возникает резонный вопрос о том, кто будет нести ответственность за упорное игнорирование призывов Приднестровской стороны в тот момент, когда прекратятся поставки через украинско-приднестровскую границу грузов, подлежащих фитосанитарному и ветеринарному контролю или ввозимых физическими лицами. Стоит спросить, например, коллег в Украине, о том, как они будут разъяснять своим же гражданам, постоянно проживающим в Приднестровье, причины, по которым те начнут сталкиваться с ограничениями и психологическим давлением на границе, аналогичным тому, что происходит сегодня в аэропорту города Кишинёва. В конце концов, представляется важным определить, как будут реагировать все 7 участников «Постоянного совещания…» в случае прямого конфликта между силовыми органами власти Молдовы и Приднестровья в районе пункта пропуска «Кучурган-Первомайск», ведь он находится за пределами Зоны безопасности, поэтому взаимодействие силовых структур в этом районе не регламентировано ни одним документом.

Следует акцентировать внимание на разрастании молдавско-украинских противоречий в торговой сфере в связи с возможным решением РМ посредством пошлин ограничить ввоз в Молдову мясной, молочной и цементной продукции из Украины, который может обернуться ответным эмбарго.[4] Возникает оправданный вопрос о том, как поведёт себя молдавский таможенник в пункте пропуска «Кучурган», если в направлении Приднестровья из Украины будет следовать необходимый в строительстве дешёвый украинский портландцемент, запрещённый к ввозу в Молдову. К сожалению, опыт последних лет позволяет прогнозировать, что молдавского таможенника не будет интересовать специфика неурегулированного молдавско-приднестровского конфликта и зафиксированное в ряде документов переговорного процесса право ПМР на свободную внешнеэкономическую деятельность. Напротив, его задачей как раз станет блокирование такого груза с целью максимального стирания различий между таможенными системами Приднестровья и Молдовы.

В этом смысле отсутствие выраженной позиции, в том числе публичной, нежелание полноценно вовлекаться в изучение и обсуждение сложных и конфликтных вопросов, проявляемое отдельными международными участниками «Постоянного совещания…», позволяющее Молдове действовать столь брутальными внепереговорными методами, является серьёзным вызовом для перспектив диалога. Оно не только свидетельствует о неготовности в полной мере учитывать мнение Приднестровья как равноправного участника переговорного процесса и соответствующей однобокости подходов, но и позволяет констатировать вымывание ресурса профессиональной заинтересованности в функциональности действующей переговорной конструкции.

В этом смысле представляется важным принятие совместных мер, нацеленных на поддержку общего дела и общего механизма – переговорного процесса по нормализации отношений между Приднестровьем и Республикой Молдова на всех его уровнях.

Приднестровье полагает, что для этого необходимо, прежде всего, обеспечить паритетность коммуникации посредников и наблюдателей в переговорном процессе с обеими сторонами конфликта. В последнее время бывали случаи международных визитов участников переговоров в регион конфликта без посещения Приднестровья – такой подход представляется не сбалансированным.

Наряду с этим в качестве фактора, который позволил бы внести вклад в повышение дисциплины процесса и уровня информированности общественности о текущей ситуации в диалоге, представляется целесообразным активное использование посредниками и наблюдателями публичных комментариев и мнений, в том числе дающих оценку действиям одной или другой стороны. В переговорах мог бы применяться принцип «участие означает сопричастность».

Стороны объективно несут основную нагрузку и ответственность за развитие ситуации во взаимоотношениях между ними. Тем не менее, несомненно, полезным было бы возвращение к практике подготовки проектов (драфтирования) договорённостей между сторонами посредниками в переговорном процессе, взгляд которых зачастую оказывается весомым для обеих сторон ввиду его определённой непредвзятости. Приднестровье полагает, что данная практика, особенно активная в 2012-2013 годах, была неоправданно свёрнута. К тому же посредники и наблюдатели всегда располагают широким инструментарием для т.н. «позитивной дискриминации» сторон, т.е. способствования в достижении договорённостей через чёткую перспективу помощи, в том числе финансовой, в их реализации. Оптимальным примером такого, безусловно, эффективного подхода является проект по реконструкции систем водоснабжения и водоотведения в Дубоссарском районе ПМР и городе Криуляны Республики Молдова, о котором удалось договориться в 2013 году.

Сторонам на сегодняшний день объективно необходима экспертиза и методическая помощь посредников и наблюдателей, кредит доверия к которым является безграничным, в том время как уровень доверия между собственно Приднестровьем и Молдовой практически обнулён ввиду многочисленных односторонних шагов молдавских визави. В таких условиях тотального недоверия и недопонимания зачастую даже позитивные и взаимовыгодные инициативы и идеи блокируются, исходя сугубо из принципа авторства. Складывающиеся обстоятельства формулируют идеальную ситуацию для прагматичных инициатив посредников и наблюдателей по проблемам социально-экономического и гуманитарно-правового характера.

Приднестровская сторона традиционно выступает за компромиссный и взаимовыгодный характер решения существующих проблемных вопросов, за равенство в диалоге и активное вовлечение в него всех участников «Постоянного совещания…». Представляется, что только такой – равноответственный, учитывающий существующие риски и ищущий адекватные, справедливые ответы на них – подход может обеспечить сохранение функциональности, укрепление и наращивание результативности существующей переговорной конструкции.