Приднестровье и Сербия: опыт создания преференциальных режимов

Автор

Ваша оценка

Всего голосов: 280
26.11.15

Доклад на конференции «Приднестровская Молдавская Республика и Республика Сербия: защита суверенитета в условиях международной турбулентности» 26 ноября 2015 г.

Последнее десятилетие отмечено усилением в юго-западной части бывшего СССР конкуренции двух крупных интеграционных блоков: Европейского союза с одной стороны и возглавляемых Российской Федерацией объединений (сначала в форме Таможенного союза и ЕврАзЭС, а с 2015 года – в форме Евразийского экономического союза) с другой.

Ареной столкновения геополитических интересов этих сил является всё постсоветское пространство, и Приднестровская Молдавская Республика, несмотря на особенности своего международно-правового статуса, не является исключением.

Наложение мощных разновекторных сил на хрупкие постсоветские государства чревато для них множеством проблем, особенно в тех случаях, когда политические элиты забывают о том, что именно экономика является базисом интеграции, ставя перед собой, в первую очередь, политические цели.

Интересы национальных экономик, стремление создать единые рынки, выстраивать вокруг этого тарифную политику, унифицировать законодательство, дабы в итоге прийти к комплексному политическому объединению – вот способ интеграции, неоднократно доказывавший свою высокую эффективность.

Этот процесс крайне актуален для Приднестровья как небольшой открытой и экспортоориентированной экономики: поиск новых рынков сбыта, максимизация своего присутствия на них – вот актуальные задачи, стоящие перед нашей республикой в сфере внешнеэкономической деятельности. Однако активный поиск новых торговых партнеров и эффективное взаимовыгодное сотрудничество с ними не могут и не должны ставить под сомнение основные скрепы внешнеполитического курса.

Здесь мы можем наблюдаем определенное сходство с Сербией, которая одновременно активно работает в рамках Центрально-европейской ассоциации свободной торговли (ЦЕФТА), успешно поддерживает три зоны свободной торговли с Россией, Беларусью и Казахстаном, торгует с Европейским союзом в рамках Промежуточного соглашения о торговле и вопросах, относящихся к торговле от 1 февраля 2010 года, выстраивая при этом особые отношения с Российской Федерацией, основанные на признании общих исторических, церковных и культурных ценностей.

Более того, Сербия продемонстрировала готовность нести существенные издержки, отказываясь присоединяться к настоятельно требуемому Брюсселем от своих партнеров режиму санкций против России и отказываясь признавать навязываемую ей независимость Косово.

Мы видим, что такой адекватный подход не находит понимания у наших европейских коллег, действующих на постсоветском пространстве совершенно иным образом, нежели в период формирования самого ЕС.

Европейский союз, забывая собственный исторический опыт, стремится навязать восточноевропейским и балканским странам комплексные соглашения, имеющие не столь много общего с экономикой, сколько с политикой.

В частности, договоры об ассоциации, как будто под копирку подписываемые ЕС с государствами, включенными в так называемую Европейскую политику соседства, содержат разветвленные перечни обязательств, принимаемых на себя ассоциирующимися странами. Причем речь идет даже не о выполнении каких-то требований, а о фактической утрате значительной части своего суверенитета в пользу брюссельской бюрократии.

В отличие от своих соседей, Приднестровская Молдавская Республика сохраняет неизменной внешнеполитическую линию, ориентированную на присоединение к Российской Федерации и Евразийскому экономическому союзу, делая это в условиях усиливающегося внешнего давления и деструктивной политики Республики Молдова, все глубже интегрирующейся с Европейским союзом в рамках подписанного 27 июня 2014 года Договора об ассоциации и о создании Углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли.

Несмотря на широкое одобрение идеи евразийской интеграции Приднестровья как внутри республики, так и в Российской Федерации, ряд экспертов высказывали сомнения в том, что данная концепция сможет когда-нибудь состояться.

При этом в их соображениях превалировали субъективные факторы, основанные либо на недостаточном знании реалий, либо на каких-то политических или иных предпочтениях. В качестве же оправдания своего гиперкритицизма такие эксперты выбирали, как правило, отсылки на непризнанность Приднестровья (значительно усложняющую поиск и выработку механизмов вхождения в какие-либо международные структуры) и географию (т.е. отсутствие у Приднестровья общей границы с государствами Евразийского экономического союза).

Но так ли значимы эти факторы? Ведь изучение международного опыта позволяет утверждать обратное. Действительно, непризнанность является существенной проблемой, осложняющей Приднестровской Молдавской Республике осуществление эффективного международного сотрудничества.

Так, несмотря на подписанный в 2013 году Протокол "Шевчук-Рогозин" и целую серию меморандумов о межведомственном сотрудничестве, позволивших включить Приднестровье в российскую программу импортозамещения и запустить эффективный механизм дифференциации приднестровских товаров от молдавских с целью вывода продукции, поставляемой из ПМР на российский рынок, из-под действия введенных в отношении Республики Молдова санкций, до сих пор не удалось решить одну из основных экономических задач – обеспечить признание Приднестровья отдельной таможенной территорией со стороны Российской Федерации с созданием двустороннего преференционного торгового режима.

А ведь именно это позволило бы обеспечить корректировку страновой структуры внешней торговли Приднестровья и вернуть приднестровской продукции законное место на российском рынке, которое она занимала до введенной в 2006 году Молдовой и Украиной экономической блокады.

Но если до 2016 года такое решение со стороны Российской Федерации казалось невозможным, то сейчас ряд важных событий, имевших место в 2014-2015 гг., коренным образом изменили ситуацию.

Впервые Европейский союз дал четко понять, что в случае отказа Приднестровья от присоединения к Углубленной и всеобъемлющей зоне свободной торговли на общих с Молдовой условиях официальный Брюссель готов будет создать для Приднестровья отдельный дискриминационный торговый режим: в то время как в отношении Молдовы будет действовать режим УВЗСТ, в отношении Приднестровья будет введен так называемый режим наибольшего благоприятствования (ничего общего не имеющий с реальным благоприятствованием), сопряженный с взиманием пошлин с приднестровских товаров, импортируемых на европейский общий рынок.

Тем самым, Европейский союз фактически отошел от тезиса о территориальной целостности Республики Молдова и едином экономическом пространстве, выразив готовность признать  Приднестровье отдельной таможенной территорией, хотя и делая это не в интересах фасилитации торговли, но в целях принуждения ПМР к принятию европейского ультиматума.

Некоторым образом такое развитие ситуации весьма напоминает кипрский прецедент, когда южная часть острова, контролируемая Республикой Кипр, вступила в ЕС в 2004 году и распространила на свою территорию весь свод acquis communautaire, а северная, контролируемая частично-признанной Турецкой республикой Северного Кипра, оказалась исключенной из этого нового режима.

Несмотря на декларируемый ЕС принцип территориальной целостности и единства таможенной территории Кипра, применительно к экономическим агентам Северного Кипра действует дискриминационный режим ВЭД, знакомый каждому приднестровскому предпринимателю. Так, прежде чем экспортировать свой товар на мировой рынок, северокиприотская фирма должна сначала получить регистрацию в Республике Кипр, уплатить НДС и прочие платежи в бюджет и только после этого она получает право вывезти товар через один из портов южнокипрских (теряя при этом конкурентоспособность из-за высоких транспортных расходов).

Так или иначе, но столь радикальный шаг ЕС как признание ситуации де-факто и создание отдельного торгового режима для Приднестровья, по мнению приднестровской стороны, дает Российской Федерации все основания для проведения аналогичной дифференциации между Молдовой и Приднестровьем с предоставлением нашей республике тарифных и нетарифных преференций, в том числе и для выравнивания ущерба от возможной частичной утраты европейского рынка.

Что же касается географического фактора, то опыт Сербии, создавшей в 2000 году зону свободной торговли с Россией и дополнительно либерализовавшей двустороннюю торговлю в 2011 году, когда был подписан Протокол об изъятиях из режима свободной торговли и правилах определения страны происхождения товаров между Правительствами России и Сербии, освободивший от уплаты таможенных пошлин около 99% всех тарифных позиций, четко демонстрирует возможность успешного функционирования преференционного торгового режима даже при отсутствии общей границы.

Не менее ярким примером является и опыт Армении, которая при отсутствии общей границы с Россией приняла решение о присоединении к Евразийскому экономическому союзу 29 мая 2014 года.

Таким образом, мировая практика показывает, что географический фактор как таковой не является препятствием для интеграции в какие-либо надгосударственные структуры и осуществления внешнеэкономической деятельности. Куда более важными являются такие факторы как устаревание производственных фондов (износ оборудования), низкая энергоэффективность промышленности, неразвитость или частичное блокирование транспортной инфраструктуры.

Приднестровье и Сербия, связанные братскими узами и переживающие целый ряд схожих проблем, могли бы, как представляется, шире использовать опыт друг друга в интересах преодоления кризисных явлений в экономике. Приднестровье заинтересовано в развитии торговых отношений с Сербией, в поставках нашей высококачественной продукции на сербский рынок, в увеличении доли сербских товаров на полках наших магазинов.

В условиях фактически ведущейся между Европейским союзом и Россией экономической войной, не присоединившаяся к режиму антироссийских санкций Сербия, как представляется, могла бы задействовать Приднестровье в качестве своего рода площадки для упрощения и ускорения поставок своей продукции также и на рынок Российской Федерации, используя достаточно широкие связи ПМР с крупными российскими федеральными и региональными ретейлерскими сетями.