Сладкий ноябрь Вильнюса?

Автор

Ваша оценка

Всего голосов: 172

Медиа

07.11.13

Шуршание листьев под ногами, багряные закаты, бокал красного вина, теплый плед и мурлыкание любимого кота… Для многих эта осень и в особенности ее последний месяц уже перестали быть временем традиционной меланхолии в физическом отношении и, так или иначе, превратились в политический цейтнот, грозящий нажать на спуск роковых геополитических решений.

Главная кинопремьера месяца - саммит «Восточного партнерства» в Вильнюсе - еще не состоявшись, уже привлекает нездоровый ажиотаж политиков, политологов, экспертов, одним словом, киноманов, не оставляя никого равнодушным к замысловатой сюжетной линии, суля одним полное удовлетворение от кинопросмотра, другим же – ощущение «зря потраченных денег на билет». Давая надежду для одних телезрителей (читай: политических элит) на возможность капитализации чувственных отношений, другим же, наоборот, шанс на цивилизованный и окончательный развод…

И, действительно, Европа сегодня, словно прекрасная героиня Шарлиз Терон, философ-соблазнительница, уводит под своим обаянием постсоветские республики из под российского влияния. Все очевидней становится пропасть между героями фильма, все холоднее отношения, все прагматичней подходы сторон. Впору бы говорить здесь о национальных интересах – ан нет, деиндустриализация словно бы надоедливая реклама (обрыв кинопленки, чавкание соседей по кинопросмотру – список неприятных обстоятельств можно по желанию продолжать до бесконечности) рушит планы не то, чтобы на их достижение, реализацию, но и вообще – на сам факт их существования. Ни национальные интересы, ни общественное мнение ни сколь не сумятят продюсера, и вместо полноценного кино зритель увидит, скорее всего, лишь трейлер без перевода, не отражающий смысла, а лишь привлекающий внимание проходящих мимо зевак (читай: граждан страны).

«Никаких обязательств. Никакой зависимости. И никакой влюбленности», - такими по духу, скорее всего, - считают многие эксперты - станут отношения между прошедшими кастинг актерами (читай: принятыми в европейскую семью странами) и их режиссером. Словно «приемные дети», так и не почувствовавшие на себе заботу «приемной матери» (не могущей априори стать полноценной заменой матери биологической), скорее, еще больше осознают непреодолимую пропасть между собой и родными детьми (между Западом и Востоком, между Европейским Союзом и Евразийским Союзом), так и не познав ценности настоящей Семьи (читай: не будучи в составе единого евразийского пространства).

Чем окончится этот осенний кинороман, решать режиссеру. А он, как известно, наднационален, трансгеографичен и, что немаловажно, аполитичен… И совершенно не любит мелодрам.